Париж, 1965 год. 28-летний Филип Гласс берёт уроки у легендарного педагога Нади Буланже, изучает Баха и Моцарта и формирует свой тональный язык.
Культура
Музыка истины: «Сатьяграха» Филипа Гласса
В Opera Garnier состоялась мировая премьера оперы Филипа Гласса "Сатьяграха" в постановке хореографов Бобби Джен Смит и Ора Шрайбера. За дирижерским пультом - маэстро Инго Мецмахер. Но главным героем премьерного вечера стал сам Филип Гласс - 89-летний дебютант в Парижской опере. О роли Парижа в жизни Гласса, о "Сатьяграхе" и ключах к его музыке - в путеводителе Иры Нестеровой.
Philip Glass репетирует с музыкантами в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе (UCLA), Лос-Анджелес, март 1977


В свободное время Гласс не отказывается от подработок. Одна из них случается на фильме, для которого пишет музыку индийский ситарист Рави Шанкар. Студента просят об элементарном - оркестровать услышанные импровизации.
Раз за разом он переписывает нотные партитуры, но вердикт индийского музыканта остаётся неизменным: «Все ноты должны быть равны». В отчаянии Гласс стирает тактовые черты - и вдруг картинка проясняется: он видит музыкальный текст, самостоятельно объединенный в группы.
Эта парижская встреча навсегда меняет его мир и взгляд на музыкальное время.
Париж, 2026 год. 89-летний американский минималист — дебютирует в Парижской опере. «Сатьяграха» (1979) в постановке хореографов Джейн Смит и Ора Шрайбера - одна из самых ожидаемых премьер весны. За дирижёрским пультом - Инго Метцмахер. Центральный герой нового спектакля - американский контртенор Энтони Рот Костанцо, ради которого была адаптирована партия, обычно исполняемая тенором.

"Самый светлый и вдохновляющий обед с Филипом Глассом — накануне премьеры оперы "Сатьяграха" в Opéra de Paris. Он говорил о том, как писал эту оперу, вспоминал учёбу у Нади Буланже в Париже, годы, когда водил такси в Нью-Йорке, — и вновь напомнил, что в нём удивительным образом соединяются мастерство и человеческая простота. Спасибо, Филип, — и спасибо Александр Неф за видение и решимость сделать это возможным", - написал Энтони Рот Костанцо в своем инстаграме @arcostanzo
Гласс направил музыку XX в. в новое русло: более доступное и эмоционально насыщенное. Он пишет для кино, может часами импровизировать в лофтах нью-йоркской художественной тусовки и так же органично занимать сцены главных оперных театров и крупнейших фестивалей классической музыки. Гласс удивительно универсален, и это многих раздражает, но никого не оставляет равнодушным.
Он вдохновляет целое поколение современных музыкантов, а сам пишет симфонии на основе музыки Дэвида Боуи и Брайана Ино.
«Сатьяграха» — вторая часть его оперного триптиха, посвященного личностям, изменившим мир («Эйнштейн на пляже» 1975, «Эхнатон» 1984).
Вышло так, что мир Гласса тоже изменился: благодаря заказу именно этой оперы он впервые смог отказаться от подработки таксистом и установщиком бытовой техники в Нью-Йорке.


В центре - история Махатмы Ганди и сатьяграха — основанного им движения ненасильственного сопротивления. Она рассматривается сквозь призму Льва Толстого, Рабиндраната Тагора и Мартина Лютера Кинга — «немых», но музыкально присутствующих персонажей, которые так или иначе повлияли на Ганди.

Эхнатон, Ганди и Эйнштейн — три человека, которые силой внутреннего видения изменили мышление и ход событий своего времени. В этом и заключается тема трилогии: Эйнштейн — человек науки, Ганди — человек политики, Эхнатон — человек религии. Эти темы — наука, политика, религия — в той или иной мере присутствуют во всех трёх фигурах и формируют как наш мир идей, так и реальность
После 15 лет синтетического камерного звучания с Philip Glass Ensemble «Сатьяграха» обретает симфоническое тело. Оркестр без меди и ударных местами звучит почти по-моцартовски и раскрывает минимализм с максимальной лиричностью: можно «играть» с баховским паттерном пятнадцать минут или, например, превратить «Tolstoy Farm» в русскую хороводную.
Над всем этим возвышается концепция индийской традиции и раги — диаметрально противоположная западной логике, — которая объясняет, почему музыка Гласса постоянно повторяется.
Дружба с Рави Шанкаром, поездки в Индию, погружение в тибетский буддизм — всё это нашло свои корни в «Сатьяграхе». Европейская система «начала и конца» уступает место цикличности, где главную роль играет не мелодия, а ритм и, как в раге, не «идёт к кульминации», а лишь разворачивается во времени.
Как на зеркальной глади воды заметны малейшие колебания, так в глассовском репетитивном трансе обостряется восприятие микро трансформаций. Сам композитор определял этот принцип как «музыку с повторяющимися структурами» — и это не только описание техники, но и ключ к способу слушания.

.webp?alt=media&token=a9752f8d-04e4-4653-b540-a4788fa54bf6)

%20LUCIE%20JANSCH%20(25).jpg?alt=media&token=d160eed7-7aae-4d16-ae93-cec16b694114)






.jpg?alt=media&token=1a6e4b7c-fe5f-4361-8966-106168515b9c)